Мост через бездну

 
Театр — это мистика. Пермский театр «У Моста», который приехал в весеннюю Прагу погладить души бледных зрителей — это мистика в квадрате. Мистический мост через пропасть серой жизни в скуке и безнадёжности порождает только зависть и ненависть.

Театр — это мост, по которому могут перейти друг к другу люди с обоих берегов реки. В настоящее время, когда сжигание мостов празднуется как геройство, нам нужен театр с его мистическими мостами над пропастями, разделяющими нас более, чем прежде.

 

В субботу Театр «У Моста» из Перми сыграл в пражском «Чиногерном Клубе» драму автора Мартина МакДонахaКалека из Инишманао людях на отдалённом острове, где бедные и грубые рыбаки не перестают быть гордыми ирландцами и чувствительными людьми, мечтающими о любви и счастье. Так захотела театральная мистика: именно здесь, десять лет тому назад, иную драму умозрел режиссёр Сергей Федотов.

Мост, по которому драмы ирландского драматика попали в Россию (где вызвали небывалую волну интереса), стоит крепко: актёры, прошедшие по нему со спокойного Урала через пропасть русско-украинского конфликта, сыграли своё  прекрасное представление в тех же театральных кулисах, которыми оформлялся театр десять лет тому назад в самом начале МакДонаховского похода на Восток. Круг завершён.

 

 Чтобы этой мистики не было мало, следующим пражским представлением Театра «У Моста» была «Женитьба» по Гоголю. В подаче фантастических пермских актёров, чьи души левитируют над сценой, в чертовски совершенной режиссуре Федотова оживает гоголевский театр в своей праподлинной сути: гротеске, демоничности и очищающей силе.

 

Головокружительная мистика, вскормленная мифологией украинского фольклора, который черпает свои силы из давних славянских корней, удивительно смешивается и бурно-химически реагирует на русскую мистику  (которая высовывает чертовские рожки из демонического Петербурга через «открытое окно в Европу» самого Петра Великого, и — так в обход – обратно на запад). Прямо в Прагу, которую фантазии Кафки и Майринка превратили в привлекательную невесту для Петербурга господина Хармса.

Женитьба прямо в духе Гоголя.

 Я очнулся от сна, в котором мне показалось, что на остриях башен малостранского Храма святого Микулаша попивают МакДонах с Кафкой и Гоголем красное вино, а вокруг них летает с распростёртыми крыльями Федотов, будто выкроенный из картины Марка Шагала. Именно в этот момент нам сообщили по радио, что напряжение в Украине опасно возрастает (это было BBC – на чешском нельзя было сказать).

Отрезвление, которое меня в эту минуту обожгло, ждёт всех, кто яро праздновал «победу» как в Киеве, так и пару дней потом в Севастополе. Остаётся лишь хохот из финала «Женитьбы».

 

Имеет ли это какой-то выход? Едва ли. Но один, возможно, может быть.
Не предаваться ненависти, но и не фальшивой эйфории.

Только этак прохаживаться над пропастью по мосту мистики.

Не идти на войну.

Идти в театр.

 

Ондрей Мразек, комментатор «Пражского тлеграфа»

Перевод Ларисы Дашковой