Чёрное золото Крушных гор

Один из самых засекреченных документов в истории советско-чехословацких отношений – договор о создании совместного предприятия по добыче урана, который был подписан в конце осени 1945 г.

На протяжении длительного времени как суть этого договора, так и условия сотрудничества оставались тайной за семью печатями не только для широкой общественности, но даже для членов правительства Чехословакии и парламентариев.

Неприятным сюрпризом подписание этого договора стало и для правительств США и Великобритании. В чём состояла суть этого договора? Почему американцы, знавшие о месторождениях урана в Яхимове, не попытались закрепить за собой эту территорию при послевоенном проведении границ Европы? Профессор Збынек Земан, который на протяжении длительного времени исследовал «урановый проект», убеждён, что американцы совершенно случайно «упустили» уран в Чехии и Восточной Германии, благодаря чему советская ядерная программа получила шанс сделать рывок вперёд.
В сентябре 1945 г. Москва предложила Праге создать совместное предприятие по добыче урана. Но однозначного положительного ответа так и не получила. Вскоре советский торговый представитель ознакомил премьер-министра Чехословакии Зденка Фирлингера с новым предложением, суть которого оставалась совершенно секретной даже для близких к Сталину людей. Москва сделала Праге предложение, от которого не отказываются.
На следующий день после первых переговоров Фирлингер приехал на встречу с президентом Чехословакии Эдвардом Бенешем.
«Господин президент, Москва поддержит наше предложение о возвращении границ с Польшей на прежнее место», – сказал Фирлингер. Прага не забыла того, что в октябре 1938 г., по согласованию с фашистской Германией, одновременно с немецкой оккупацией Судет Польша захватила область Тешина в чешской Силезии (Слезско), которая ранее называлась Тешинское герцогство.
Бенеш согласился на предложение советского торгового представителя при условии, что половина добытого урана будет оставаться в Чехословакии. Впрочем, это было только начало торга. По его итогам Чехословакия получила Тешин, а Советский Союз – практически весь уран, который добывался в Чехословакии. Но подписанию договора предшествовал ряд казусов.
«Сложилась забавная ситуация. Советы предложили создать совместное акционерное общество по добыче урана. Но чехи ответили: «Нет, у нас не будет никаких акционерных обществ, ведь мы будем всё национализировать». Они не поняли, что советские переговорщики предлагали создание государственного акционерного общества. В любом случае, идея создания акционерного общества чехам не понравилась. Договорились создать народное предприятие, которое находилось под контролем комиссии в составе четырёх человек, из которых двое были представителями СССР, а двое – Чехословакии», – прокомментировал Збынек Земан.
Межгосударственное соглашение было подписано 23 ноября 1945 г. Подготовку этого соглашения вёл непосредственно Зденек Фирлингер, и правительство узнало о соглашении за несколько дней до его подписания. Впрочем, никаких длительных дискуссий по поводу соглашения в правительстве не было. Збынек Земан описал события 1945-го так: «Дискуссия состоялась в руководстве кабинета министров, в которое входили сам Фирлингер и четверо его заместителей. Соглашение подписал Губерт Рипка, тогдашний министр международной торговли. Парламент об этом соглашении так и не узнал, правительство никогда толком это соглашение не обсудило. Да и в самом руководстве правительства состоявшаяся дискуссия была крайне поверхностной и касалась двух главных вопросов. Во-первых, обсуждалось количество урана, которое Чехословакия будет оставлять в своём пользовании. Остановились на 10%. И, во-вторых, Чехословакия должна была получать приличные деньги за уран».
Кстати, была ещё одна тема, которую обсудили на заседании верхушки чехословацкого правительства. Вице-премьер Ян Шрамек, который перед войной был министром здравоохранения, выступил на тему важности урана для медицины. Казалось, что эта дискуссия была совершенно бесперспективной. Однако – опять же забавный казус – о необходимости использования урана для нужд здравоохранения пришлось вспомнить совсем в другой ситуации в конце 1947 г.
Тем временем создание совместного предприятия развивалось стремительно и по-прежнему тайно. По словам Збынке Земана, начиная с 1946 г. чешский представитель в комиссии подавал в правительство отчёты, оформленные особым образом. Они были очень короткими, печатали их на машинке, оставляя пропуски в тех местах, где указывались конкретные объёмы добытого урана и длина шахтных выработок. Эти данные представитель Чехословакии в комиссии лично вписывал в отчёты от руки. Все эти меры предосторожности означали высшую степень секретности информации.
Потребность Советского Союза в уране была огромной. Собственные залежи тогда не были открыты, и считалось, что Яхимов, Канада и Конго – основные мировые залежи этого минерала, который называют «урановой смолкой». За весь 1945 г. в Чехии было добыто не более одной тонны руды, но в СССР вывезли порядка 30 тонн. Вывозили всё – добытую смолку, и отвалы старых серебряных разработок, и даже покинутые немцами дома, если их стены были радиоактивными.
Сразу после восстановление добычи в шахтах работало 120 человек, но уже очень скоро их число возросло до восьми тысяч. Реальная мощность урановых пластов стала неожиданностью как для советского, так и для чехословацкого руководства. Впрочем, не только для них. Неприятной новостью это стало для Вашингтона и Лондона, несмотря на то, что американские спецслужбы в конце войны постоянно вели разведку в районе Яхимова, пытаясь определить, не увеличила ли Германия добычу урана.
«На самом деле, они знали, что в Яхимове есть уран, но они даже не предполагали, о каких его количествах может идти речь», – заявил Збынек Земан. И даже тогда, когда в Вашингтоне и Лондоне узнали о существовании советско-чехословацкого соглашения, а это произошло не ранее 1947 года, в этих двух столицах по-прежнему продолжали верить в том, что масштабы добычи урана в Яхимове будут незначительными. Но одной верой дело не ограничивалось. Северо-запад Чехии стал Меккой для шпионов всех мастей из разных стран – от Швеции и до США.
Среди них был господин Хэмброу, который во время войны руководил одной из британских спецслужб. Он был членом банкирской семьи Хэмброу. В конце войны именно этот офицер отвечал за доставку всего урана из Германии в США. В конце 1947 г. британское правительство послало его в Чехословакию с заданием выяснить возможность приобретать уран. Не мудрствуя лукаво, Хэмброу приехал в Прагу и в лоб спросил, можно ли в Чехословакии приобрести уран. Ему ответили, что весь добываемый в Чехословакии уран используется для нужд здравоохранения.
Хэмброу пришлось довольствоваться этим ответом и проглотить отказ Праги. Позже было и создание чехословацкой атомной энергетической промышленности, и ссылка политзаключённых на рудники в Яхимове, и открытие крупных залежей урана на Высочине и в Пшибраме. Однако начиналось всё в 1945 году, когда президент Бенеш выторговал Тешинское герцогство за уран.

 

Наталья Судленкова
Специально для «Радио Прага»