Анатолий Томников: Отношение к погибшим солдатам у простых чехов очень хорошее

Сегодня в честь 70-й годовщины легендарного военного парада 1941 года на Красной площади Москвы состоялось торжественное шествие. В реконструкции парада приняли участие почти 6 тысяч человек и несколько десятков единиц военной техники времен Великой отечественной войны.  Ровно 70 лет назад советские солдаты с главной площади страны отправлялись на фронт, линия которого проходила тогда всего в нескольких километрах от Москвы. И сегодня вопрос о сохранении памяти о той Великой войне остается актуальным.

Специальный представитель России в Чехии, курирующий вопросы захоронений солдат советской и российской армии на территории Чешской Республики, Анатолий Томников поделился с нами своим видением ситуации и вариантами решения возникающих вопросов.

– В последние годы очень много говорилось о разногласиях относительно могил советских солдат в центре города Брно, в районе Кралово Поле. Как сейчас решаются эти вопросы?

– Кралово Поле – действительно было у нас самым больным вопросом. Но недавно администрация города Брно выделила значительные средства для того, чтобы обнести кладбище забором, установить по периметру видеокамеры и поставить полицейский пост. Кроме того, два человека, совершивших акт вандализма на кладбище находятся в тюрьмах.

– А в чем заключалась причина разногласий с администрацией?

– Это захоронение находится в самом центре Брно, там же стоит памятник 328 бойцам, погибшим при освобождении города. Кому-то очень не нравилось, что захоронение и памятник находятся именно в центре Брно. Но ведь раньше бойцов хоронили в самом достойном месте. В девяностые кому-то не нравился серп и молот, хотя это всего лишь символ РКК, староста города и заместитель старосты района спилили его.

Хочу уточнить, что все это делалось ради сиюминутных дивидендов. Были задуманы даже какие-то геологоразведочные изыскания, которые должны были доказать, что никаких могил там нет. Но за нас выступили горожане, ведь отношение к погибшим солдатам у простых чехов очень хорошее.

– В России много поисковых групп, которые ищут захоронения времен войны, есть ли такие в Чехии?

– Есть. Соня Голечкова – энтузиаст, который более 20 лет работает в Клубе Красной Армии (Моравия). Она с единомышленниками занимается поиском солдат 2-го Украинского фронта. У нее очень большой архив. За свои деньги они провели большую работу и установили имена 117 бойцов из 328, похороненных на Краловом Поле. До их работы у нас была информация только о 86.

Есть другие клубы. А из частных случаев, хочу вам рассказать об одной женщине из Праги, которая в течение 65 лет ухаживала за могилой рядового Лакина. Несколько лет назад она просто позвонила нам и попросила продолжить смотреть за его могилой, потому уже физически не могла это делать. Мы съездили туда, пообщались с ней и жителями района. Оказалось, этого бойца помнят все местные бабушки и они тоже присматривали за его могилой. Это было очень трогательно.

– Сейчас даже в России многие молодые люди не знают о том, что на самом деле происходило во время войны. Как с этим обстоит в Чехии?

– Молодые люди разные попадаются. Признаюсь, мне все время приходится носить с собой даже карту освобождения Чехословакии. И, когда кто-то начинает спорить, я по карте показываю, что американцы были на 10 процентах территории Чехии и их погибло – 118 солдат, а советских воинов – 155 тысяч.

– То есть, одновременно проводите и просветительскую работу?

– Конечно. Кроме этого, мы приглашали в чешские школы ветеранов из России, которые рассказывали, как происходило освобождение Праги. Помимо этого ведется работа с чешскими ветеранскими организациями, представители которых рассказывают детям и подросткам, что было на самом деле, как говорится, из первых уст.

– А кого проще убедить: молодежь или взрослых?

– Со взрослыми возникают другие вопросы. Часто приходится обращаться в местные администрации, чтобы они не меняли надписи-посвящения бойцам советской армии на общие посвящения «жертвам войны». Причем нам помогают и местные жители, которым такие действия тоже не нравятся.

– Наверное, события 1968 года еще сильно портят отношения между Россией и Чехией?

– Знаете, в этом году еще не было ни одной статьи про это. Кроме того, чехи сами признают, что советские солдаты вели себя спокойно, в отличие от солдат других стран бывшего Варшавского договора.

– Что же мешает начать проводить поисковые работы в полном объеме?

– Финансирование. Сегодня основной бюджет этих работ ложиться на плечи местных администраций, но их возможности тоже не безграничны. Помогает и Министерство обороны Чехии. Часть денег поступает и из России через наш МИД. Российские деньги, как правило идут на реализацию тех работ, которые местные органы самоуправления потянуть уже не могут. Объем работы очень большой и наша задача – осматривать и решать какие задачи являются первоочередными, а какие второстепенными, ведь в чешской земле лежат не только солдаты Второй мировой войны, но и Первой.

– Солдаты в Йозефове?

– И они. В Йозефове погибли полторы тысячи солдат. И мы благодарны чехам за то, что они на 90 процентов сохранили сведения об этих людях. У нас есть не только их имена и даты рождения и смерти, но и данные о том, где они жили до войны. Шесть лет назад на российские деньги там был сделан косметический ремонт, но этого недостаточно, потому что сотни могил сейчас превратились в безымянные холмики. Администрация города обещала что-то придумать на следующий год, может будет и долевое участие российского Минобороны. Если мы не решим этот вопрос в следующем году, то можем потерять эти захоронения.

Беседовал Арам Тер-Газарян

Материалы по теме:

Павел Филипек: «Мы ждем от России восстановления воинских кладбищ»

Соня Голечкова: «Не должно быть безымянных могил…»

Юрий Словачек: На войну я отправился добровольцем, когда мне было 16 лет